☎ Обратный звонок

Спасибо, ваш запрос принят! Мы перезвоним Вам в самое ближайшее время.
Что-то пошло не так, Ваши данные не были отправлены, попробуйте позже.

Введите корректный номер телефона!
Необходимо подтвердить согласие

Дер лягушка по дер болоту дер шлеп, дер шлеп, дер шлеп...
или сложности русско-немецкого и немецко-русского перевода

Мы с трудом можем представить себе жизнь без их Volkswagen, Opel и Audi, а также множества брендов бытовой техники. Мы с упоением слушаем В.А. Моцарта и И.С. Баха, взахлёб читаем И.В. Гёте и Э.М. Ремарка. Нас восхищает их законопослушность и педантичность, удивляет их взгляд на культуру сморкания в общественных местах и вездесущая корректность.

Они считают подвигом прочесть «Войну и мир» Л.Н. Толстого. Их поражает наше недальновидное и безалаберное отношение к некоторым вещам. И у них есть популярное словечко из русского языка - «Babuschka».

Мы можем любить или опасаться друг друга, но равнодушными не останемся никогда. Наши культуры давно и крепко связаны. И нам точно есть, чему поучиться у них, а им — у нас...

Впрочем, что греха таить — мы по-настоящему восхищаемся немецким народом и культурой несмотря на сложную историю наших отношений. А специалисты, которые искренне любят немецкий язык, становятся великолепными переводчиками. Эта профессия полна маленьких специфических радостей и интересных, часто забавных, тонкостей. Переводчики компании Логрус Глобал решили рассказать о некоторых из них и немного проиллюстрировать нюансы нашей работы — те, с которыми мы сталкиваемся каждый день, создавая для вас материалы высокого качества и вкладывая не только знание немецкого языка и культуры, но и частичку своей души.


Glück - это вам не глюк!

Кто не знает чужих языков, не знает ничего о своем.
Иоганн Вольфганг Гёте

Продолжая разговор о том, что наши культуры уже давно и крепко связаны, спешим привести парочку примеров тому в подтверждение. В современном быту мы используем множество слов (да и изобретений), которые были заимствованы у немцев. Некоторые из этих терминов стали совсем родными и, наверное, только любители «дойча» (Deutsch – так немцы называют свой язык) смогут «уличить» их в заграничном происхождении. Другие явно выдают свою чужеродную сущность, но вряд ли человек, не знающий иностранный язык, догадается об их первоначальном облике. Раскроем малую часть этих слов и их дословный перевод:

  • Бутерброд — Butterbrot («масло»+«хлеб»)
  • Галстук — Halstuch («шея»+«платок»)
  • Гастарбайтер — Gastarbeiter («гость»+«рабочий»)
  • Шлагбаум — Schlagbaum («удар»+«дерево»)
  • Бухгалтер — Buchhalter («книга»+«держатель»)
  • Вундеркинд – Wunderkind («чудо»+«ребенок»)
  • Рюкзак – Rucksack («спина»+«сумка»)
  • Фейерверк – Feuerwerk («огонь»+«труд, произведение»)
...а также дюбель, егерь, кафель, китель, стул, штанга, шток, штепсель, шифер, шланг и множество других слов...

Все они что на русском языке, что на немецком, звучат примерно одинаково. Особенно велико влияние немецкого языка в русской технической терминологии. Попробуйте вспомнить такие слова – вы без труда найдете их: штепсель, кронштейн, струбцина, касса, их очень много. И это настоящий подарок для переводчика! Хотя есть среди подобных терминов и те, что зовутся «ложными друзьями». Будучи созвучными с привычными нам понятиями, они означают совершенно иные явления: «Krawatte» — это не кровать, а «галстук»; «Familie» – это не фамилия, а «семья»; «Tank» – это не танк, а «канистра»; «Glück» — это не глюк, а «счастье»!


На самом деле они не моют улицы с мылом, но педантичность из них не выбить... В чем же секрет? Ответ наших лингвистов

Я могу понять немецкий язык, равно, как и маньяка, который его изобрел, но предпочту изложить эту мысль через переводчика.
Марк Твен

В середине прошлого века на стыке лингвистики и психологии сформировалась наука, изучавшая взаимодействие языка, сознания и мышления — психолингвистика. Одним из наиболее острых ее вопросов, вокруг которых и по сей день ведется множество споров, остается вопрос о влиянии языка на мышление и сознание индивида.

Наверное, человек, не изучавший иностранные языки, никогда не подумал бы о том, как может система языка повлиять на мировоззрение и поведение. Сложно сказать, приходила ли эта мысль в голову тем, кто изучал иностранные языки... Но эта теория настойчиво блуждает между двух наук — психологии и лингвистики, не так давно слившихся воедино. И, при наблюдении за поведением представителей той или иной нации, а также знании некоторых особенностей их языков, сами собой напрашиваются интересные выводы.

Одной из наиболее ярких отличительных черт немецкого народа можно назвать стремление к порядку («орднунг» - заимствованное из немецкого языка слово, которое понятно, пожалуй, любому русскому человеку). Педантичность и продуманность деталей у немца в крови. Немец привык назначать встречи с друзьями за месяц вперед и выезжать на важные мероприятия заблаговременно, чтобы добраться вовремя. Покупая автомобиль, он оценивает, прежде всего, его практичность, иначе ему просто не удастся быстро и выгодно перепродать свой транспорт через пару-тройку лет. Он ни за что не перейдет дорогу на красный свет, даже если в зоне видимости нет ни одной мчащейся повозки. В общем, он законопослушен, последователен и логичен.

Но в чем же секрет такой самоорганизованности? Найти достоверный ответ на этот вопрос очень сложно, если он вообще существует! Ведь объяснений тому может быть много и какое самое верное – не определить. Но вернемся к психолингвистике и ее спорным гипотезам. Мысль о том, что структура языка влияет на мировосприятие и воззрения его носителей, а также на их когнитивные процессы, носит название теории лингвистической относительности, или гипотезы Сепира-Уорфа. Стоит оговориться, что она до сих пор не подкреплена научными фактами и доказательствами, и у нее есть множество противников. Однако состоятельность этой теории также и не опровергнута, и в настоящее время изучение связи между языком и мышлением только набирает обороты. Так вот... Не допустите ли вы, что организованность и упорядоченность немца может быть напрямую связана с особенностями построения немецких предложений? Порядок слов в них всегда строго регламентирован, и каждый элемент имеет свою строго определенную позицию. Если это простое повествовательное предложение, то на первом месте будет стоять подлежащее (существительное, местоимение и т.д), а на втором — сказуемое (глагол). То есть, в повествовательных предложениях глагол всегда будет на втором месте! Если глагол стоит в самом начале, то знайте — это вопросительное предложение! А если сказуемое состоит из двух глаголов (в случае с модальными или временными конструкциями), то основной (смысловой) глагол всегда будет стоять в конце предложения, а вспомогательный... Все так же на втором месте!

Мораль: орднунг пригодится и при изучении самого языка этой во всех отношениях выдающейся нации.


Пара причин дослушать до конца

Немец ныряет в пучину своей фразы и, проплыв с задержкою дыхания под словесными волнами, выныривает на другом берегу с глаголом в зубах!
Марк Твен

Стремление понять смысл предложения, не дослушав его до конца, может сыграть с вами злую шутку. Чтобы избежать долгих пояснений, приведем простой и наглядный пример. Вспомним известную песню любимой многими немецкой группы Rammstein “Du hast“, а вернее — первую фразу из ее припева, и переведем ее дословно в той же последовательности, в которой она воспроизводится в песне:

Du... Ты...
...du hast... ...ты имеешь...
...du hast mich... ...ты имеешь меня...
...du hast mich gefragt! ...ты имеешь меня спрошенным!
(А по-русски: «Ты меня спросил/а!»)

Кажется, такая композиция фразы не случайна: авторам хотелось добавить немного тонкого юмора в свое произведение. И, к счастью, этот юмор понятен не только немцам, но и русским. А такое бывает не всегда. И дело тут вовсе не в отличиях менталитета и жизненных реалий, а в трудностях перевода. Но об этом позже...

Вернемся к особенностям построения предложений в немецком языке и рассмотрим на этот раз более сложные примеры. Обратите внимание: смысловой глагол выделен полужирным шрифтом, а все остальные члены предложения, связанные логически с этим глаголом, — курсивом.

  • Im achtzehnten Jahrhundert lebte in Frankreich ein Mann, der zu den genialsten und abscheulichsten Gestalten dieser an genialen und abscheulichen Gestalten nicht armen Epoche gehörte (P. Süskind „Das Parfum. Die Geschichte eines Mörders“).
  • В восемнадцатом столетии жил во Франции человек, который принадлежал к самым гениальным и самым отвратительным фигурам не скудной на гениальных и отвратительных фигур эпохи (П. Зюскинд «Парфюмер. История одного убийцы»).

Сравнивая немецкий и русский варианты, попробуйте представить, сколько информации нужно воспринять и удержать в голове, прежде чем станет ясна суть всего предложения. Если такого примера не достаточно для понимания всей сложности ситуации, то постарайтесь учесть еще и все нюансы синхронного перевода. Если вы являетесь синхронным переводчиком, скажем, на политической конференции, это значит, что необходимо не только в совершенстве владеть специфической лексикой и быть в курсе политических новостей, но и в распоряжении у вас будет не более пары секунд, чтобы осмыслить фразу и выдать русский вариант.

Deshalb ist es auch in seiner Bedeutung gar nicht hoch genug einzuschätzen, dass außer den USA alle übrigen G20-Staaten in der Abschlusserklärung die Vereinbarungen des Pariser Klimaabkommens und ihre entschlossene Umsetzung bekräftigt haben.

Чтобы перевести этот отрывок из выступления канцлера Германии Ангелы Меркель (на Ежегодной встрече с дипломатическим корпусом в замке Мезеберг 13 июля 2017 года), переводчику необходимо ждать окончания высказывания ради этого глагола, выделенного полужирным шрифтом:

Поэтому невозможно переоценить значение того, что все страны Большой двадцатки, за исключением США, утвердили в итоговом заявлении договоренности Парижского соглашения по климату и его стремительную имплементацию.

Пожалуй, после таких «испытаний языком», невольно научишься мыслить наперед и предвосхищать события! Хочешь, не хочешь — будешь предусмотрительным и практичным, как немец!

Еще одна причина дослушать фразу до конца — это глаголы с отделяемыми приставками. Отделяемые приставки, повинуясь все тому же закону о порядке слов в предложении, «уходят» в конец. Например:

Meistens verlöschte die Kerze bald und in dem dunklen Kerzenrauch trieben sich noch eine Zeitlang die versammelten Mücken herum (F. Kafka „Kinder auf der Landstraße“).

В этом примере глагол herumtreiben переводиться как «слоняться, шататься», а если потерять приставку, то глагол будет означать совсем другое: «заниматься» или «приводить в какое-либо состояние».

Кстати, нам есть, чем «отомстить» немцам за их синтаксические ловушки: абсолютно свободный порядок слов в русском предложении! И не забудем учесть, что свободный порядок может влиять на оттенки смысла всей фразы. Вспомните ярчайший пример с простым русскоязычным высказыванием из выступлений юмориста Михаила Задорнова:

  • Я тебя люблю! (В смысле: «Вот такие вот дела»!)
  • Люблю я тебя! (В смысле: «Успокойся уже и не мешай телек смотреть!»)
  • Тебя я люблю! (В смысле: «А не Люську с пятого подъезда.»)

Самое интересное, что русский человек поймет все оттенки смысла даже без пояснений, приведенных в скобках.

В немецком языке все просто и одновариантно: “Ich liebe dich!”. Если и можно в этой фразе что-то поменять, то только с помощью интонации или последующих пояснений. Потому что “Ordnung muss sein” — порядок должен быть!

Мораль: русский человек не зря славится своей способностью приспосабливаться к любым условиям и находить выход (а то и несколько!) из любой ситуации. Все дело в гибкой структуре языка!


«Яйцо старается» и другие ловушки устного перевода

Нет такого текста, который бы слабый переводчик не мог испортить плохим переводом.
Ю. Новиков

Мы уже заводили речь о том, насколько сложно синхронному переводчику переводить немецкую речь в связи с особенностями построения предложений. К сожалению, это не все препятствия, которые приходится преодолевать при устном переводе.

В немецком языке есть определенные правила написания, которые в случае чтения, скорее, облегчают процесс понимания. А вот при восприятии на слух такая особенность, как написание существительных с прописной буквы, не может быть полезной для переводчика. Обратимся к примеру, который очень удачно показывает, каким разнообразным может быть смысл фразы, и как это связано с написанием:

Der Gefangene floh. Заключенный убегал.
Der gefangene Floh. Пойманная блоха.
Der Gefangene Floh. Заключенный Фло.

Звучание этих фраз абсолютно идентично, поэтому при условии перевода изолированной фразы на слух, понять ее истинный смысл очень сложно. Тут поможет только уточняющий вопрос или контекст (ну, или необычайная проницательность переводчика).

Что же русский язык может противопоставить такой особенности немецкого? Обратимся к одному анекдоту, чтобы вновь вспомнить, насколько «велик могучим русский языка»:

Муж с женой ругаются, кричат. Вдруг она ему резко: «А теперь стих!». Он ошеломленно: «Какой стих?». «Стих — это глагол! Сел и стих!»

Так что, у нас тоже бывают существительные, которые никак не отличишь от глаголов даже на письме!

Нельзя не упомянуть в этой главе и такие курьезы, которые случаются из-за созвучности некоторых слов и фраз. Как правило, такие слова или фразочки служат поводом для смеха. Например, существительное Eifersucht («ревность») может быть услышано как сочетание существительного и глагола «Ei versucht” («яйцо старается»). Подобные «подарки» языка часто используются в юмористических текстах и комедиях. Однако, кое-кому в этой ситуации не до смеха... Игру слов, которая открыта и понятна для носителей языка, бывает очень сложно передать при переводе. Задача найти в родном языке равносильную замену, которая вызывала бы такие же эмоции у слушателя, как и оригинал, и сохранила бы при этом дух игры слов, под силу только профессионалам высшего пилотажа. А порой она вообще невыполнима. Знание иностранного языка, пожалуй, уйдет в этом случае на второй план. Тут не обойтись без весомых запасов лексических богатств родного языка и умелого оперирования ими, на что способен далеко не каждый.

И, по традиции, — пример из русского языка:

  • - Задвинь-ка стих, прозаик!
  • - Про каких заек?
Как говорится, все смеются — плачет только переводчик.


А теперь серьезно о смешном и смешно о серьезном

Переводы как женщины: если верны, то некрасивы, а если красивы, то неверны.
Моисей Сафир

Если быть серьезными, то самая большая и важная задача переводчика — это адекватная передача смысла переводимого текста.

Надо сказать, что дословный перевод в мире профессионалов совсем не ценится. И совсем уж вольный стиль вряд ли поприветствуется. Рассмотрим для начала самый простой пример: Hexenschuss - существительное, состоящее из слов «Hexe» («ведьма») и «Schuss» («выстрел»). Дословный перевод - «выстрел ведьмы», однако, такой вариант перевода будет совсем неверным для адекватного восприятия понятия. На самом деле Hexenschuss нужно перевести как «приступ радикулита». Или, как вам выражение «eine gemütliche Haut», которое дословно переводится как «уютная кожа»? Не знающие удивятся, но это выражение не имеет никакого отношения к одежде как таковой! А теперь попробуйте догадаться, как же оно переводится? Ответ в конце статьи!

А Google Translate вряд ли поможет отгадать эту загадку, ведь слабое место любого машинного перевода — в преобладании дословности и отсутствии возможности интерпретировать текст, основываясь на личном коммуникативном и культурном опыте. Наверное, поэтому живые (особенно — профессиональные) переводчики до сих пор востребованы. Хотя, иногда онлайн-переводчиком можно воспользоваться, чтобы повеселиться! Нам всегда забавно читать вот такие нелепые кальки с иностранного языка:

Servicepersonal konnte nur Russisch.
Google Translate:
Обслуживающий персонал может только России.
Правильный перевод:
Обслуживающий персонал владел только русским языком.
Ich gebe zu, daß so etwas den Mann am anderen Ende erbosen kann, aber Kinck hätte sich wegen meiner gelegentlichen Fehler trotzdem nicht so anzustellen brauchen (E. Ambler “Schmutzige Geschichte“).
Google Translate:
Я признаю, что такая вещь может взбесить другой конец человека, но Kinck не нужно иметь, чтобы сделать это из-за моих случайных ошибок в любом случае.
А профессионал перевел бы так:
В подобном случае человек на другом конце линии мог и взбелениться, но все же я считаю, что Кинк уж слишком перебарщивал, когда случались ляпы с моей стороны (Э. Эмблер «Грязная история»).

Пожалуй, дальнейшие разъяснения тут ни к чему. Результат, что называется, налицо, а в силу «абракадабрости» Google-перевода — еще и на лице!

Суть сей басни такова: чтобы быть профессиональным переводчиком, не достаточно просто выучить наизусть тысячи иностранных слов! Нужно, как минимум, уметь улавливать смысл фразы и адекватно передавать его на другом языке. А как максимум — сохранять экстралингвистическую оболочку фразы, то есть вместе со смыслом сохранять в переводе все, что выходит за рамки словесной структуры: стиль, настроение, двоякость смыла, игру слов, культурный аспект, а в особых ситуациях — объем и ритмичность (как в случае со слоганами или стихами).


Еще несколько немецких «деликатесов» на десерт

Некоторые немецкие слова настолько длинны, что их можно наблюдать в перспективе. Когда смотришь вдоль такого слова, оно сужается к концу, как рельсы железнодорожного пути.
Марк Твен

Если вы обратитесь к поисковику в надежде найти список особенностей немецкого языка, то увидите в итоге сотни страниц, где, среди прочих, обязательно упомянута «любовь» к длинным словам. Вот таким примерно:

  • Metallsauerstoffverbindung – окисные соединения металла
  • Geschwindigkeitsbegrenzungsüberschreitung — превышение допустимой скорости
  • Fussbodenschleifmaschienenverleih – прокат шлифовальных машин (для пола)

Ко множеству подобных сложных существительных можно сразу приплюсовать все числительные, которые тоже пишутся слитно:

  • eintausendneunhundertsechsundachtzig (или neunzehnhundertsechsundachzig, если это год) — тысяча девятьсот восемьдесят шесть
  • zwanzigtausendfünfhundertdreiundsiebzig — двадцать тысяч пятьсот семьдесят три

Причем, числа от 21 до 99 читаются не так, как мы привыкли, а наоборот — сначала единицы, а потом десятки: «один-и-двадцать», а не «двадцать один», или «девять-и-тридцать», а не «тридцать девять».

Надо сказать, и в русском языке очень длинные слова тоже встречаются, правда, не так часто (и, преимущественно, в узких кругах): автоэлектростеклоподъемники, фиброэзофаго-гастродуоденоскопия, метоксихлордиэтиламинометилбутиламиноакридин.

А самим немцам непостижимо длинными кажутся русские имена с отчествами: Константин Вячеславович или Вероника Владимировна.

В случае с техническим переводом тема сложносоставных существительных стоит особняком. Нам иногда приходится не просто выискивать адекватные эквиваленты перевода, но и изобретать их. Например, перевод термина «Einbaumotor» найти не сложно. Словарь предлагает такие варианты: «встроенный двигатель», «навесной двигатель», «внутренний двигатель», «транспортный двигатель», «вставной двигатель» и так далее. Все эти переводы близки по смыслу и особых различий не выдают, однако, ни один из них не отображает истинной семантики слова. Дело в том, что «Einbaumotor» — это не просто вставной двигатель, а двигатель, который был выпущен одним производителем и встроен в механизм другого производителя. Переводчику в данной ситуации приходится либо сохранять строй предложения, потеряв глубокий смысл термина (учебные пособия советуют таких случаях все же делать сноски с пояснениями), либо отойти от синтаксической модели оригинала и обогатить текст описанием технической реалии.

А такого слова как «Überrollprofil» в словаре не найти вообще. Не найти и описания его сути на просторах сети Интернет. Поэтому пришлось нашим переводчикам самим изобретать перевод: «профиль безопасности при опрокидывании". Главное здесь: четкая передача семантики термина и доступность понимания для носителя языка, на который переводится понятие.

Еще одна особенность немецкого языка, к которой сложно привыкнуть при его изучении — это несовпадение родов существительных с одноименными в русском языке. Причем, для обозначения рода существительного используются специальные части речи — артикли. Они делятся на определенные (der, die, das) и неопределенные (ein, eine), и нужно понимать, когда применим тот или иной вид артикля. Говорят, даже сами немцы иногда делают ошибки в употреблении определенных и неопределенных артиклей. Так что, имейте в виду: при зазубривании многих немецких существительных, придется сразу усвоить и их принадлежность к определенному грамматическому классу. Порой это бывает очень сложно, потому что там, где, казалось бы, признаки должны совпасть, выясняются совершенно неожиданные обстоятельства: «девочка» - среднего рода (das Mädchen), «ребенок» - тоже среднего рода (das Kind), зато «яблоко» и «лето» - мужского (der Apfel, der Sommer), а «нарцисс» и «миллион» - женского (die Narzisse, die Million). Кстати, все напитки у немцев мужского рода, за исключением «das Bier» («пиво»). Но никаких исключений для слова «водка» — она тоже мужского рода (der Wodka)!

Важно также помнить, что значение некоторых существительных может быть различным в зависимости от рода. Например:

  • der See — озеро, а die See — море;
  • das Steuer — руль, а die Steuer — налог;
  • der Tor — глупец, а das Tor — ворота.

Несомненно, немцам тоже нелегко приходится при изучении русского языка, когда дело доходит до рода имен существительных и их спряжения.

Как бы там ни было, немецкий язык невозможно не полюбить несмотря на все его сложности и несоответствия с русским. Он четок и логичен, и чем больше погружаешься в этот согласованный и упорядоченный мир, тем более организованным становишься сам. В то же время, невозможно не любить русский язык за гибкость и свободу манипулирования его структурами и единицами.


Послесловие

Перевести произведение с одного языка на другой - все равно что снять с него кожу, перевести через границу и там нарядить в национальный костюм.
Карл Краус

В этой статье мы постарались шутливо и ненавязчиво осветить сложности, с которыми встречаются не столько переводчики, сколько просто люди, изучающие немецкий или русский языки как иностранные. Рассуждения о профессиональном переводе получились бы куда более сложными и глубокими, и были бы похожи на учебное пособие. Тем не менее, надеемся, что нам удалось хотя бы намекнуть, насколько трудна и многогранна эта древняя и вечно востребованная профессия. Тем, кто считает, что таланты переводчика ограничиваются обширными познаниями лексики и умелой ее подгонкой под грамматические нормы, хотим еще раз убедительно сказать: кроме лексики и грамматики переводчику приходится постигать культурные и моральные аспекты, всегда быть в курсе новостей и непрестанно учиться, читать и запоминать! Это бесконечный и тяжкий труд не только для себя, но и над собой! Узкоспециализированный перевод (будь то медицинский, технический или научный) требует освоения десятков тысяч терминов и умения разбираться в сложных взаимосвязях внутри предложения. Как правило, профоринетированные тексты содержат множество объемных конструкций с большим количеством придаточных элементов и дополнений внутри. В связи с особенностями построения немецких предложений, о которых говорилось выше, подлежащее и сказуемое могут оказаться разъединенными десятками других синтаксических единиц. Чтобы не потерять смысловую и логическую нить при переводе таких документов, переводчику следует пользоваться специальными приемами, заключающимися во временном исключении второстепенных членов из структуры предложения. Стоит ли говорить о том, что не редко приходится перекраивать структуру предложения (менять местами слова и части речи), чтобы сделать не просто перевод, а адаптацию под нормы языка и культурно-обусловленного восприятия. Поэтому не спешите недооценивать одну из важнейших профессий и называть профессионалом каждого, кто знает более 5000 иностранных слов.

Ну, а тем, кому еще не удалось выяснить, что означает идиома «eine gemütliche Haut» (дословно — «уютная кожа»), сообщаем: так называют приятного, хорошего человека. На русский язык выражение переводится как «рубаха-парень».

Узнать больше

Ваш запрос отправлен, спасибо!
Что-то пошло не так, Ваши данные не были отправлены, попробуйте позже.

Необходимо подтвердить согласие